СЕДЬМОЙ В ИСТОРИИ ШАХМАТ ЧЕМПИОН МИРА ВАСИЛИЙ СМЫСЛОВ: "ОДНАЖДЫ ПРИЕХАЛ К БОТВИННИКУ НА ДАЧУ, А ОН ГОВОРИТ: "КАКАЯ У ВАС МАШИНА ГРЯЗНАЯ! ДАВАЙТЕ-КА ЕЕ ПОМОЕМ". И ВЗЯЛ В РУКИ ТРЯПКУ"

26.03.2008 08:25

24 марта выдающемуся шахматисту исполнилось 87 лет

Дмитрий КОМАРОВ международный гроссмейстер, шахматный обозреватель "ФАКТОВ"

 Смыслов - один из самых ярких и узнаваемых людей ХХ века, старейший из живущих на Земле чемпионов мира по шахматам. Общение с ним сродни прикосновению к легенде. Шахматных королей, увы, остается все меньше и меньше. Совсем недавно ушел из жизни Роберт Фишер. С воспоминаний о девятом чемпионе мира и начался телефонный разговор корреспондента "ФАКТОВ" с Василием и Надеждой Смысловыми.

"Если бы дала Борису Спасскому грелку, он бы не дожил до утра"

- Помнишь, Вася, - говорит Надежда Смыслова, - на турнире в Югославии Фишер не вышел ни к завтраку, ни к обеду. Я тогда попросила отнести ему еду прямо в гостиничный номер. Потом спрашиваю официанта, как там Бобби. Оказалось, Фишер у себя в комнате... молился Богу. Даже на игру на полчаса опоздал.

- Слышал, что вам удалось оградить от беды предшественника Фишера на шахматном троне - Бориса Спасского.

- В 1977 году в Швейцарии муж был тренером Спасского, - продолжает Надежда Андреевна. - После одной из партий к нам в номер поздно вечером прибежала жена Бориса - Марина, француженка. "У Бориса, - говорит, - так сильно живот болит. Дайте, пожалуйста, грелку". - "Нет! - отвечаю резко. - Грелку я вам не дам. Ни в коем случае нельзя этого делать!" А выйдя утром к завтраку, мы увидели, как Бориса на носилках увозили в больницу. Аппендицит! Врачи сказали, что, если бы больному ночью дали грелку, до утра он мог и не дожить.

- А с вами неприятные истории случались?

- Самые большие неприятности случились в 1990 году в Маниле. Сначала соревнование претендентов на мировое первенство должно было проходить в другом филиппинском городе - Багио, где более мягкий климат. Но незадолго до начала турнира его перенесли в столицу страны. Василий Васильевич весь турнир сетовал на невыносимую жару. В день нашего отъезда стало твориться что-то невообразимое: стены в гостинице заходили ходуном, начал двигаться пол... Оказалось - землетрясение! Здание отеля шаталось, но устояло. Мы - чемоданы в охапку и в автобус, отъезжавший в аэропорт. Самолеты, правда, в тот день так и не летали. Нас переселили в более безопасное место и отправили на следующий день. А тот отель, в котором мы должны были жить в Багио, был полностью разрушен. Погибли люди...

- Ну а какой самый счастливый момент в шахматной карьере вашего супруга?

- После решающей партии, в которой муж завоевал звание чемпиона мира, мы вышли из концертного зала имени Чайковского, в котором проходил матч с Ботвинником, и... обомлели! Движение на Садовом кольце, главной магистрали Москвы, остановилось. Столько народу было! Ни пройти ни проехать. Все стоят и нас приветствуют. Такое не забывается.

- Василий Васильевич, специалисты считают, что в то время вы превосходили своего соперника. Как получилось, что уже через год Ботвиннику удалось взять реванш?

- Победный матч отнял слишком много сил, - сетует Василий Смыслов. - Меня наградили орденом Ленина. Отовсюду шли поздравления, отбоя не было от желающих взять интервью. Соперник уже вовсю готовился к матчу-реваншу, а я все еще продолжал почивать на лаврах. К тому же во время ответного поединка заболел воспалением легких. Последние партии играл с температурой под сорок, которую сбивал антибиотиками.

- Нередко бывает, что противостояние за шахматной доской перерастает в психологическую дуэль. С Ботвинником у вас так было?

- В одной из партий матч-реванша соперник добился преимущества, но на последние пару ходов до истечения контроля времени у него оставалось лишь две или три минуты. И тут Ботвинник так увлекся, отыскивая выигрывающее продолжение, что напрочь забыл о времени. Я специально ушел со сцены, чтобы не видеть, чем все кончится. В итоге он просрочил время, и ему было засчитано поражение. И всякий раз, когда мы встречались (Ботвинник ушел из жизни через 37 лет после той партии. - Авт.), Михаил Моисеевич вспоминал о том, как он обидно тогда проиграл.

- Три сыгранных между вами и Ботвинником матча на первенство мира как-то отразились на ваших с ним отношениях?

- Однажды приехал к Ботвиннику на дачу, а он вдруг говорит: "Василий Васильевич, а машина-то у вас, смотрите, какая грязная! Давайте-ка ее помоем". И тряпку уже взял, хотел мыть. Я в ответ: "Да я уж как-нибудь сам помою". Михаил Моисеевич все делал сам: и машину мыл, и по дому управлялся. Такие вот у него были принципы.

"Купили на Арбате коробку конфет, посидели на лавочке, потом пошли в загс. И вот уже 60 лет вместе"

- В 1948 году вы не только начали соперничать с Ботвинником за мировую корону, но и познакомились со своей будущей женой...

- В то время, - отвечает за мужа Надежда Андреевна, - государственные учреждения работали даже глубокой ночью. У Сталина был такой рабочий график. И вот в два часа ночи я пришла в спортивное ведомство, чтобы попросить за подругу. Она хотела устроиться на работу, связанную со спортом. В приемной мне говорят: "Хотите, познакомим вас с известным шахматистом Василием Смысловым? Он здесь тоже ждет своей очереди". Я согласилась. Вообще, имя Смыслова в Москве в то время было очень известным. Помню, идем мы с ним как-то, смотрим, бегут какие-то хулиганистые ребята - настоящая шпана. Вдруг один из них узнал Василия Васильевича: "Да это же шахматист Смыслов!" Парни остановились и давай аплодировать! Василий Васильевич был потрясен...

- Чем же ваше ночное знакомство с будущим супругом закончилось?

- В три часа ночи я засобиралась домой. Смыслов и его приятель вызвались меня проводить. Приятелю Василия я понравилась. Он без умолку расточал комплименты, признавался в любви. Зато Смыслов всю дорогу молчал. А уже в девять утра мне надо было уезжать в отпуск. Пробыла в доме отдыха всего неделю, хотя планировала больше, и вернулась в Москву. В тот день мне зачем-то понадобилось зайти на почту. И так случилось, что пришла я не в свое отделение, а туда, где раньше ни разу не бывала. Смотрю: в очереди Смыслов стоит! Как выяснилось, и он пришел сюда первый раз в жизни. Так что нас свела сама судьба. Василий Васильевич обрадовался встрече, поймал такси, и мы поехали в ресторан. Помню, обеденное время, а мы одни сидим в огромном пустом зале. С тех пор не расстаемся. Сразу и не припомню, кто бы еще столько лет прожил вместе. Вот Василию Васильевичу будет 87, а мне - скоро 90. Даже не верится, что с момента нашего первого свидания прошло 60 лет!

- И в загс когда пошли?

- Поженились мы через год. Василию Васильевичу надо было срочно уезжать на турнир, а он боялся меня оставлять одну: "Вдруг уведут?" В загсе был обеденный перерыв, и нас попросили прийти через полчаса. Мы зашли в ближайший гастроном на Арбате, купили коробку конфет, присели на лавочку. И тут начался страшный ливень. Вымокли до нитки. Вернулись в загс, поставили свои подписи и вышли оттуда уже мужем и женой.

Детей у Смысловых нет. Они никогда не рассказывают о трагедии, произошедшей в их семье в 50-е годы. На чемпионате мира среди юношей сын Надежды Андреевны (первый ее муж был репрессирован) не сумел пробиться в тройку призеров. В то время такое выступление расценивалось чуть ли не как измена Родине, и вскоре после возвращения в Москву юноша в отчаянии покончил с собой.

- Надежда Андреевна, вы ведь оставили работу и всю свою жизнь посвятили мужу. Не жалеете?

- Обязательно напишите, что я работала женой гения. Смыслов гениален во всем. Он очень умный, начитанный, у него феноменальная память. Умеет выступать, говорит так, как мало кто умеет. А как поет! Сколько им записано пластинок и дисков!..

- Может, существует какая-то общая формула гениальности?

- Я часто беседовал с выдающимся физиком - Нобелевским лауреатом Петром Леонидовичем Капицей, - вспоминает гроссмейстер. - Играл с ним в шахматы. И однажды услышал от него такую историю. Когда Капица учился в Кембридже у великого Резерфорда, в университетской лаборатории перестал работать очень дорогой гидравлический пресс. Никто не знал, как его починить. Обратились к русскому ученому. Тот охотно согласился, но сказал, что работа будет стоить тысячу фунтов стерлингов. Его спросили, что ему нужно для работы. Капица ответил: "Кувалда". Ударил, и пресс заработал! Англичане удивились: почему, мол, за такую простецкую работу нужно платить так дорого. "Безусловно, - ответил Капица, - сам удар кувалдой стоит один фунт. Но знание - по какому месту ударить - стоит как раз 999 фунтов". Вот это и есть одаренность!

- Интересно, какой еде отдают предпочтение чемпионы мира?

- Смыслов, что ты любишь покушать? - ласково спрашивает мужа Надежда Андреевна.

- Не имеет значения. Все, что бы ты ни приготовила, я люблю. Знаете, Надя замечательная хозяйка! Причем всегда управлялась одна, без помощниц.

- Василий Васильевич, вы выступали на соревнованиях до 80 лет! Не поделитесь секретом творческого долголетия?

- Можно бурно провести молодость. И тогда в зрелом возрасте сил останется мало. А можно расходовать жизненную энергию более равномерно. Главный упор я делал на выступления в чемпионатах мира, в других же соревнованиях, бывало, выкладывался не полностью. Поэтому, наверное, и смог сохранить те творческие возможности, которые заложены в любом человеке с рождения.

- А ваши музыкальные способности тоже от рождения?

- Любовь к музыке передалась мне от отца. Папа был инженером, но подлинной его страстью было пение. Он даже выступал в знаменитом петербургском Мариинском театре. Однажды среди папиных слушателей оказался сам Федор Шаляпин! Я, можно сказать, пошел по стопам отца и учился пению в Ленинградской консерватории. За год до того, как я выиграл турнир претендентов на мировое первенство, попал на прослушивание в Большой театр. Срезался во втором туре. Очевидно, Богу было угодно, чтобы я реализовался в шахматах.

- Несколько месяцев муж тяжело болел, - говорит Надежда Смыслова. - Ему сделали сложнейшую операцию на ребрах. Сейчас понемногу приходит в себя. Стал уже гулять в саду, опираясь на палочку. Составляет шахматные композиции. Работает практически вслепую. Он и в молодости носил очки, а с возрастом зрение совсем плохое стало. И представляете, за последние дни составил три этюда! Другие за всю жизнь ни одного создать не могут, а Смыслов - целых три.

- Василий Васильевич, вы спортом никогда не увлекались?

- Почему же, некоторое время занимался боксом под руководством замечательного боксера и тренера Евгения Огуренкова. Евгений Иванович держал специальные боксерские "лапы", а мне нужно было наносить точные удары и непрерывно передвигаться по рингу, не забывая при этом о защите головы и корпуса. Правда, в боксерских поединках мне принять участия не довелось. Зато занятия боксом помогали быть более агрессивным за шахматной доской. Кстати, пятый в истории чемпион мира Макс Эйве, когда готовился к матчу с Александром Алехиным, тоже брал уроки бокса.

- Спасибо вам огромное за интервью.

- К чему эти интервью? Пустые разговоры, - проворчал Василий Васильевич. - Денег за них нам все равно не платят...

comments powered by HyperComments

Последние