Игорь ОСИПЧУК

"ФАКТЫ"

Несколько лет назад "ФАКТЫ" рассказывали о том, как 95-летний киевлянин Виталий Мареев стал старейшим на планете человеком, совершившим самостоятельный полет на самолете. Наши корреспонденты вместе с группой поддержки пилота-ветерана - врачом и страхующим летчиком - поднялись в воздух на Ан-2, за штурвалом которого сидел Виталий Григорьевич. Многие годы он испытывал крылатые машины, но к тому времени уже более 30 лет самостоятельно не летал.

И вот теперь 85-летний житель Докучаевска Донецкой области Алексей Михеев, последний раз участвовавший в воздушном десанте в далеком 1942 году, вновь отважился на прыжок с парашютом в связи с юбилейным днем рождения. Не исключено, что к этому его подтолкнул пример отца нынешнего президента США Джорджа Буша-старшего, отметившего свое 80-летие парашютным прыжком. Но у Буша есть обе ноги. А у Алексея Николаевича, инвалида войны I группы, левая нога ампутирована. Ветерана это не остановило: он упорно тренировался и даже смастерил особый ботинок, смягчающий удар о землю.

В первом аэроклубе, куда дедушка обратился, ему категорически отказали. Алексей Николаевич не стал отчаиваться и нашел-таки клуб, где рискнули позволить ветерану прыгнуть. Правда, не самостоятельно, а в тандеме с инструктором Юрием Осичным. "Мы с Юрой прыгнули с Ан-2 с высоты 3000 метров, - говорит 85-летний парашютист. - Километр пролетели в свободном падении, раскинув руки, и только затем раскрыли парашют. Словами не передать восторг, который я испытал в воздухе! Душа пела, и я пел возвышенный, романтический припев песни из репертуара Николая Баскова: "Два больших крыла мне любовь дала, и лечу, лечу, словно птица, я". Меня встречали десятки людей с цветами, поздравлениями, выдали свидетельство о прыжке. Но на этом я останавливаться не намерен: добиваюсь права на прыжок без инструктора. Думаю, шансы на успех есть, ведь я на деле доказал, что могу приземлиться на одну ногу, не повредив ее. Ну, и общее состояние здоровья у меня пока неплохое. Врач, проводившая осмотр перед прыжком, не скупилась на комплименты, мол, артериальное давление, как у молодого, - 120 на 100. И сердце, слава Богу, работает нормально".

"Хоть у меня нет ноги, езжу на велосипеде"

Несмотря на почтенный возраст, Алексей Михеев на редкость энергичен: вместе с сыном Виктором занимается скульптурой и живописью, увлекается художественным чтением. Чего, например, стоит двухчасовой концерт, который он и его супруга Прасковья Николаевна, такая же оптимистка, как и муж, дали в Докучаевском доме культуры в честь 85-летия Алексея Николаевича!

- Квартира уже превратилась в музей наших с сыном картин и скульптур, к нам даже на экскурсии школьников, студентов приводят, - рассказывает Алексей Михеев. - Накануне моего 85-летия подсчитали, сколько в этом году весомых для нас юбилеев. Оказалось, пять, начиная с 65-летия моего первого прыжка с парашютом и заканчивая 75-летием Донецкой области. И вот возникла идея: не прыгнуть ли с парашютом, несмотря на возраст и инвалидность?

- Супруга ее поддержала?

- А как же! Она ведь у меня женщина боевая, в войну разведчицей служила. Уже на аэродроме, когда я был в воздухе, одна журналистка спросила у жены, не возражала ли она против прыжка. Прасковья Николаевна ответила: "Я всей душой была за то, чтобы мечта мужа сбылась".

- 85 мне исполнилось в марте, а прыгнул я в июле, - продолжает ветеран. - Больше трех месяцев тренировался. Начал с проверки того, каково скакать с высоты на одну ногу. Прыгнул с табурета - Больно! После этого пришла идея ботинка с толстой амортизационной подошвой. Я сам разработал конструкцию, подобрал подошву и сшил башмак. Прыгать в нем оказалось удобно. Когда освоил прыжки с табуретки, стал скакать со стула, он повыше. Затем - с письменного стола. И в конце подготовки - с водруженного на стол табурета.

Правда, в первом аэроклубе мне заявили, чтобы даже не мечтал о прыжке, брать за меня ответственность руководство не намерено. Якобы существует правило: если человеку еще нет 60 лет, то он сам отвечает за прыжок. Получается, что за меня ответственность перекладывается на других. Ладно, думаю, прорвемся. На фронте и не такие проблемы решали! И действительно, на аэродроме, расположенном в селе Валерьяновка Волновахского района, меня встретили радушно. Спросили, правда, не было ли инфарктов, инсультов, не пошаливает ли сердце. Предложили соответствующую справку из поликлиники принести. В гости к тамошним спортсменам из клуба "Экстрим" я поехал на велосипеде. Это всего 35 километров пути.

- У вас велосипед с ручным приводом?

- Нет, с обычным ножным. Я снял одну педаль и преспокойно езжу. Давно научился ездить с одной ногой. Однажды с сыном преодолели 246 километров до Запорожья, а затем столько же назад.

Следуя примеру отца, в минувшие выходные с парашютом прыгнул 52-летний сын

- Так вот, с ребятами из клуба "Экстрим" я целый день проговорил - ожидал приезда руководства, - продолжает Алексей Михеев. - А когда прощались, молодой приветливый мужчина лет 35 Юрий Осичный сказал: "Алексей Николаевич, будете прыгать со мной". Руководитель клуба Эдуард Лазунько одобрил идею, мол, Юра - опытный и надежный спортсмен.

Оставалось найти чуть больше 550 гривен, чтобы оплатить прыжок. Я мог бы обратиться с этим вопросом к сыну, но не понадобилось: директор Докучаевского флюсо-доломитного комбината Андрей Викторович Пономарев, узнав, что я собираюсь прыгать, распорядился оплатить расходы и выделить автобус для поездки на аэродром. А там еще и комбинезон специальный, парашютный шлем выдали.

Кстати, в минувшие выходные по примеру отца совершил первый в своей жизни прыжок с парашютом 52-летний сын Алексея Николаевича Виктор. Причем не в тандеме, а самостоятельно. Его мать Прасковья Николаевна, которой уже исполнилось 84 года, заявила корреспонденту "ФАКТОВ": "Я и сама не прочь прыгнуть. Мне не страшно, фашистов с автоматами не боялась, а тут всего лишь высота. Но сама прыгать не хочу, только если муж меня к себе привяжет, тогда можно и сигануть".

- А я в тандеме прыгать больше не буду, - продолжает Алексей Николаевич. - Что мне позволяет надеяться на самостоятельный прыжок? Существуют современные парашюты, скорость приземления которых ниже, чем стандартные пять метров в секунду. Это дополнительная гарантия безопасности для человека, у которого только одна нога.

В военные годы я совершил четыре прыжка. Это было в 1942 году, когда проходил курс подготовки в парашютно-десантном подразделении. Потом, правда, нас объявили стрелковой частью, авансом дали звание гвардейской и бросили на оборону Сталинграда. В тех вошедших в историю боях я и был ранен в ногу. Это случилось в январе 1943-го. Первую операцию перенес благополучно, заражение крови удалось предотвратить. Но за недели, пока нас везли в тыл, началась гангрена, и как только меня доставили в госпиталь, ногу ампутировали.

А с Прасковьей Николаевной мы поженились в 1948-м. Знали друг друга с довоенного времени - выросли в одном селе в Новгородской области. В Украину переехали 40 лет назад. У нас двое детей. Оба внука стали военными, младший тоже с парашютом прыгает - служит в спецназе российской армии.